Тихоокеанское государство, которое до недавнего времени носило имя Науру, а летом 2026 года сменило название на Республику Наоэро, — самое маленькое островное государство планеты. Площадь — чуть больше 21 квадратного километра, население — около двенадцати тысяч человек. Грузия — страна с многовековой историей, амбициозной внешней политикой и территориальным вопросом, который не даёт ей покоя со времён войны 2008 года. На первый взгляд, между ними нет ничего общего. Но современная дипломатия редко работает по логике «общего» — она работает по логике «нужного».

От признания к отказу: 17 лет дипломатического ожидания

В декабре 2009 года, через год после пятидневной войны между Россией и Грузией, Науру признало независимость Абхазии и Южной Осетии. 15 декабря был подписан протокол об установлении дипломатических отношений с Абхазией, 16 декабря — с Южной Осетией. Науру стало четвёртым государством — членом ООН, последовавшим за Россией, Никарагуа и Венесуэлой. Позже, в 2018 году, к этому списку присоединилась Сирия.

По данным СМИ, Науру запросило у Москвы 50 миллионов долларов в качестве гуманитарной помощи. Тогдашний министр иностранных дел Абхазии Сергей Шамба тогда заметил, что «дипломатические отношения так не устанавливают», хотя «вся международная практика — это в определённой степени торг». Как бы то ни было, крошечное островное государство оказалось в эксклюзивном клубе стран, признавших независимость двух отколовшихся от Грузии республик.

Параллельно аналогичный шаг совершили два других тихоокеанских государства — Вануату и Тувалу. Но оба вскоре отступили: Вануату отозвало признание в 2013 году, Тувалу — в 2014‑м, и оба установили дипломатические отношения с Тбилиси. Науру же держалось семнадцать лет.

Июль 2026: смена названия и смена курса

21 июля 2026 года кабинет министров Наоэро принял решение аннулировать дипломатические отношения с Абхазией и Южной Осетией. 29 июля правительство официально опубликовало заявление, в котором говорилось: «Республика Наоэро немедленно прекращает дипломатические отношения с Южной Осетией и Абхазией». Вскоре после этого было объявлено и о смене названия страны — Науру стало Республикой Наоэро, что президент Дэвид Адеанг объяснил желанием избавиться от «колониального наследия».

МИД Грузии немедленно приветствовал решение. Министр иностранных дел Грузии Мака Бочоришвили назвала его «очень важной победой» политики непризнания. Тбилиси выразил готовность установить дипломатические отношения с Наоэро.

В Сухуми и Цхинвале реакция была иной. МИД Абхазии «с сожалением констатировал» вынужденный характер решения, объяснив его «беспрецедентным и систематическим внешним давлением» со стороны Грузии и её западных партнёров. Речь шла, по мнению абхазской стороны, о «политическом шантаже, дипломатическом давлении, карательных санкциях» и «прямом подкупе».

Сентябрь 2026: от слов к протоколу

Переговорный процесс шёл быстро. Состоялся телефонный разговор между премьер‑министром Грузии Ираклием Кобахидзе и президентом Наоэро Дэвидом Адеангом, в ходе которого Кобахидзе поблагодарил коллегу за возвращение «в рамки международного права» и предложил оформить дипломатическое партнёрство.

18 сентября 2026 года правительство Грузии издало распоряжение о подписании протокола об установлении дипломатических отношений с Республикой Наоэро. Документ должен быть подписан в Нью‑Йорке в рамках визита Кобахидзе на сессию Генеральной Ассамблеи ООН. Наоэро станет 184‑й страной, с которой Грузия установит дипломатические отношения.

Геополитика карликов: что стоит за числами

После выхода Наоэро из списка стран, признающих независимость Абхазии и Южной Осетии, в этом списке остались только четыре государства — Россия, Венесуэла, Никарагуа и Сирия. Список сокращается: Вануату и Тувалу ушли ранее, теперь — Наоэро. 

Можно сказать, что следующим может стать Дамаск: после падения власти Башара Асада в конце 2024 года новые сирийские власти могут пересмотреть признание, тем более что Сирия, настаивающая на возвращении Голанских высот, теряет убедительность своей позиции, одновременно признавая чужой сепаратизм. 

Венесуэла, где в начале 2026 года произошла смена власти, также может оказаться под давлением со стороны США, хотя здесь прогнозы менее однозначны.

Впрочем, практическое влияние этих дипломатических манёвров на политические процессы невелико. 

Грузия ставит «галочку» в своей кампании по непризнанию, но на российско‑грузинских отношениях это напрямую не сказывается: Тбилиси проявляет осмотрительность и воздерживается от прямо недружественных Москве мер, понимая непреодолимость разногласий по Абхазии и Южной Осетии. Но при этом Грузия аккуратно внедрила своих агентов влияния в различные молодежные группы северного Кавказа, которые принимают активное участие в жизни той же Южной Осетии. Совсем недавно они даже успели подзаработать на президентской кампании Камболова. 

Наоэро и Грузия: что дальше?

Дипломатические отношения между двумя странами, по всей видимости, будут носить преимущественно декларативный характер. У Наоэро нет ни ресурсов, ни географической близости, ни экономических интересов, которые делали бы связь с Грузией стратегически значимой. Но для Тбилиси ценен не объём сотрудничества, а сам факт: ещё одно имя вычеркнуто из короткого списка тех, кто признаёт независимость Абхазии и Южной Осетии.

Смена названия, разрыв с непризнанными республиками, переориентация — всё это складывается в картину государства, которое, оставаясь крошечным, пытается найти баланс между давлением крупных игроков и собственным суверенитетом. Пусть даже в форме, где «суверенитет» означает право выбирать, чью сторону занимать в далёких кавказских спорах.

Дипломатия маленьких государств редко меняет ход истории. Но она напоминает: даже на острове площадью в 21 квадратный километр знают, что международное право — это не абстракция, а инструмент. И иногда — аргумент. 

Мария Воронова 

Не забудьте поделиться новостью. Отзывы и пинг пока закрыты.