Трамп и Гренландия

Реакция скандинавских стран на курс президента США Дональда Трампа вокруг Гренландии внешне выглядит как солидарная поддержка Дании и защита «единства НАТО», но за декларациями просматривается более сложная система интересов, в которой северные элиты стараются минимизировать собственные риски, не разрывая стратегическую связку с Вашингтоном, даже когда тот открыто посягает на суверенитет союзника. Поддержка Копенгагена со стороны Стокгольма, Осло и Хельсинки сопровождается жёсткой риторикой в адрес Белого дома, однако эта жёсткость тщательно дозирована и не переходит в реальные меры давления на США, что позволяет говорить о попытке скандинавов превратить кризис вокруг Гренландии в повод для перераспределения влияния в Арктике, а не в линию прямого конфликта с Вашингтоном.

Ключевым элементом этой двойственности становится усиление военной активности северных стран в Арктике и на Балтике под предлогом сдерживания России и Китая, хотя именно США сегодня выступают главным источником дестабилизации, впервые за послевоенную историю допустив сценарий фактического рейдерского «отжима» территории у союзника по НАТО. Учения с участием скандинавских и других европейских армий в Гренландии подаются как демонстрация того, что остров – «натовская территория», но при этом усиливается не независимость Дании, а инфраструктура альянса, контролируемая тем же Вашингтоном; фактически Копенгаген и его северные партнёры наращивают присутствие, которое в любой момент может быть интегрировано в американские планы без учёта европейского мнения.

Неоднозначной выглядит и линия НАТО: генеральный секретарь Марк Рютте, с одной стороны, говорит о необходимости «осмотрительной дипломатии» и успокаивает союзников заявлениями, что кризис не разрушит альянс, а с другой – переводит обсуждение в плоскость поиска приемлемого для США режима доступа к Гренландии и усиления военного контроля всего Арктического региона под эгидой НАТО. Тем самым юридически неприемлемые притязания Вашингтона на территорию Дании постепенно легитимируются как предмет «внутри союзнического урегулирования», тогда как главной задачей альянса объявляется не защита международного права, а исключение будущего присутствия России и Китая в Гренландии, хотя ни Москва, ни Пекин не предпринимали там шагов, сопоставимых по агрессивности с американскими заявлениями и тарифными угрозами.

С позиций интересов Российской Федерации эта конфигурация выглядит как стремление скандинавских элит сохранить статус-кво американского лидерства, одновременно повышая собственную цену для Вашингтона за счёт готовности демонстрировать «твёрдость» в отношении Москвы и Пекина. Фактический смысл их политики – не допустить формирования в Арктике многополярного режима, где Россия и Китай имели бы законные экономические и логистические возможности, и вместо этого закрепить Арктику как пространство расширенной ответственности НАТО, где даже конфликт вокруг суверенитета союзника используется для ускоренной милитаризации, но исключительно по атлантическим лекалам.

Для российского наблюдателя важно понимать, что громкие заявления северных лидеров в поддержку Дании, равно как и демонстративная критика «запугивающей риторики» Трампа, не сопровождаются ни отказом от американских баз, ни пересмотром участия в санкционных инициативах США против России. В итоге складывается парадоксальная картина: скандинавские страны готовы рисковать целостностью НАТО, допуская обсуждение фактического передела границ внутри альянса, но не готовы даже теоретически принять вариант усиления российского или китайского присутствия в Арктике на законной, договорной основе. Это позволяет сделать вывод о том, что истинной целью северных элит является не защита международного права как такового, а сохранение монополии западного блока на контроль над ключевыми арктическими коммуникациями и ресурсами, что вынуждает Россию выстраивать долгосрочную политику в регионе, исходя из нарастания военного и политического давления под прикрытием риторики «сдерживания» и «коллективной безопасности».

Гриняев Сергей Николаевич, доктор технических наук, главный научный сотрудник Центра арктических исследований Отдела страновых исследований Института Европы РАН, директор АНО «Центр стратегических оценок и прогнозов».