Турция

В преддверии  очередных президентских  выборов, в Турции разворачивается внутренняя операция по продлению власти, где Эрдоган  делает ставку на курдский фактор, где ему, необходимо обеспечить себе более менее спокойный тыл на пороге большой войны и, возможно, операции на Кавказе.

Абдулла Оджалан, лидер РПК, с 1999 года изолированный на острове Имралы, впервые за 25 лет записывает видео. На нём — прямой призыв к роспуску РПК и завершению вооружённой фазы противостояния. Параллельно: мэры РНП массово арестовываются, Имамоглу — в тюрьме, начат демонтаж оппозиционной инфраструктуры. Формула проста: разоружить курдов, обезглавить кемалистов, переписать конституцию и выйти на пожизненное президентство. Султанат не за горами.

Ключевой символизм этого плана-  согласие Девлета Бахчели, ультранационалиста и союзника Эрдогана, на появление Оджалана в публичной повестке. В 2007 году он требовал его казни. В 2025-м  предлагает дать ему слово в парламенте. Вряд ли это  примирение, больше похоже на  редизайн поляны: курды как вспомогательный ресурс в момент системной пересборки  режима.

На предложение обнулить взаимное недоверие, Курды говорят, что это не мир, а разоружение. Туркии сами не очень то верят  в легитимность РПК. Никто не уверен, что конституция не станет лишь новым витком усиления контроля. Даже сами союзники Эрдогана избегают официальных комментариев. Уравнение остаётся висеть в воздухе.

Этот манёвр Эрдогана не первый. Он уже запускал курдские инициативы в 2013–2015 годах. Каждый раз  перед очередными выборами. Каждый раз  в момент угрозы своему статусу. Разница в том, что теперь — это не фаза, а, возможно, финал. Режим, утративший мобильность, работает с единственным оставшимся активом-  властью над вооруженной оппозицией, если таковыми можно назвать курдов, чтоб окончательно расставить границы: кто в этой конфигурации считается врагом, а кто — потенциальным партнёром.

Отсюда и параллель с моделью «параллельного компьютера» — двойные треки, взаимно не пересекающиеся: репрессии и примирение, подавление и демократизация, чистка оппозиции и роспуск РПК. Но такая архитектура держится на одном винте — персональном контроле над узлами. Если он слетит — всё рассыпается.

Михаил Фомичев