Экономика ЕС
Пока американцы, вздохнув спокойно после речей Трампа о том, что печатный станок США не даст им обанкротиться, стоят в очереди за очередным гамбургером и кока-колой, граждане Европы подсчитывают деньги и раздумывают над прочтением книги «Эффективная экономия». Мало того что европейские жители столкнулись с рекордным уровнем безработицы, ухудшилась покупательская активность населения, так еще и темпы промпроизводства у лидеров ЕС оказались гораздо хуже прогнозов.
Проблемы, кругом проблемы
Ни для кого не секрет, что экономика еврозоны существенно пошатнулась. Причин тому несколько: миграционный кризис, разрыв торговых отношений с РФ, внутренние проблемы, такие как нежелание европейцев подписывать Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство с США и многое другое.
К слову, о последнем, по данным Европейского центра исследований экономической политики, в случае подписания договора годовой доход семьи в ЕС вырастет на пятьсот сорок пять евро. Согласитесь, ощутимая сумма, ведь уровень жизни в европейских странах достаточно высок, и если уровень заработной платы перестанет ему соответствовать, люди просто не смогут платить за коммунальные услуги, выплачивать налоги и совершать покупки сверх нормы, а значит, странам грозит очередной экономический спад.
Даже экономики таких развитых стран, как Франция и Германия уходят в минус, я уже не говорю о второстепенных членах ЕС. Кредиты, которые получают страны, подразумевают просто невообразимые меры экономии: урезание социальных программ, уменьшение пенсий и зарплат. Дошло до того, что в процветающих странах люди не мыслят жизнь без «займов до зарплаты».
Промпроизводство, факты говорят за себя
А тут еще и объем промышленного производства в европейских странах оказался хуже всевозможных пессимистических прогнозов. Для наглядности приведу немного цифр.
Итак, в Германии объем производства сократился на 1,3%, объемы строительства в марте упали на 3,2%, выпуск так называемых промежуточных товаров уменьшился на 1,3%, то же самое произошло с производством потребительских товаров, которое уменьшилось на 0,2%.
- покупательская способность сотрудников медицинской отрасли снизилась в два раза;
- лесники стали получать на 20% меньше;
- зарплата инженера промышленных предприятий упала на 26%;
- маркетологов на 32%;
- средняя зарплата учителя уменьшилась на 15%.
Во Франции объем производства сократился на 0,3%. Основной удар взяло на себя производство в автомобильном секторе, которое упало на 3,1%, также сократились объемы обрабатывающей промышленности. И это в то время, когда аналитики ожидали прирост промышленного производства на 0,5%. Да и дефицит торгового баланса уменьшился.
«Таможенная служба связывает это с тем, что в сложившихся условиях общего ослабления внешней торговли скорость падения импорта превышает скорость падения экспорта. В марте дефицит торгового баланса второй по величине экономики Евросоюза упал до 4,37 млрд евро».
Аналитики Bloomberg признаются, что не ожидали увидеть такие цифры, эксперты в панике, ведь прогнозы на следующие месяцы гораздо хуже. Мало того, что ослабился мировой спрос на продукцию, так еще и замедление экономического роста Китая дало о себе знать. А тут еще и споры по поводу Трансатлантического соглашения, непрекращающийся миграционный кризис, никак не налаживающиеся отношения с РФ (спад спроса на европейские товары со стороны России и стран СНГ в целом тянет европейскую промышленность вниз), да и Brexit содержит ряд рисков для экономики Европы.
Отчаянные меры
Европейские лидеры никак не могут решить, что же им делать, как стабилизировать экономические показатели. Видимо, решение придет лишь тогда, когда цифры достигнут катастрофических размеров. Пока речь идет лишь о незначительном сокращении заработных плат.
На днях эксперты Moody’s заявили о том, что риски распада ЕС по-прежнему сохраняются, и основная причина лежит именно в экономической сфере:
«Несмотря на определенный прогресс в создании ряда финансовых механизмов, проект Европейского союза по-прежнему подвержен ряду довольно существенных рисков, из-за совокупности которых может сложиться впечатление, что вопрос стоит не в том, произойдет ли распад ЕС вообще, а в том, когда это произойдет».