Член комитета Госдумы по международным делам Роман Худяков (ЛДПР) готовит проект закона о введении механизма признания отдельных государств и их режимов террористическими. В последующем это должно накладывать ряд торговых и политических ограничений на взаимодействие РФ и российских компаний с такими странами и их резидентами. Террористическими парламентарий предлагает признавать те страны, которые занимаются финансированием, военной либо военно-учебной поддержкой незаконных военных формирований, бандгрупп, совершающих преступления против представителей официальных легитимных властей, представляющих угрозу конституционному строю той или иной страны, производящих захват территорий и совершающих преступления против мирных граждан.

На сегодня в мире уже существует нормативно-правовая практика, когда отдельные государства по определенным причинам признают другие страны террористическими. Например, США в своей истории признавали террористическими такие государства, как Иран или Ливия, одновременно вводя эмбарго на торговлю с ними. Такой же практике может последовать и Россия, как считает либерал-демократ, особенно на фоне последних событий в Сирии.

«Россия, исходя из своей оценки действий иностранных государств и при наличии необходимых доказательств, также может признавать или не признавать их террористическими, так же, как это делают США, в которых уже долгие годы используется норма о «террористическом государстве», и притом не всегда корректно. Мы предлагаем дать и своей стране такой механизм, — сказал Худяков. — Если мы видим, что отдельное государство занимается беспределом по отношению к законным властям другой страны, несет туда войну и стремится разрушить конституционный строй — мы вправе дать этим действиям оценку и принять определенные ограничения».

После вхождения России в военный кризис в Сирии 30 сентября этого года государства — противники официального режима Башара Асада публично заявили о своем недовольстве таким поворотом событий. Ряд из них, например Саудовская Аравия, без лишней скромности заявили, что готовы поставить сирийской вооруженной оппозиции больше оружия для борьбы с регулярной армией и легитимными властями.

Не смущает саудитов и то, что оружие, которое они поставляют незаконным военным формированиям в Сирии, может быть использовано и против российских войск, которые, к слову, оказались в ближневосточном государстве лишь после официальной просьбы Дамаска о военной помощи.

После признания подобных государств, оказывающих помощь бандформированиям, террористическими законотворец предлагает автоматически вводить против них ряд ограничений при взаимодействиях с Россией. Во-первых, ввести эмбарго на поставку в РФ любой продукции, произведенной на территории «террористического государства», что поможет избежать его косвенной финансовой поддержки. Во-вторых, российским силовым структурам запретить любые взаимоотношения с силовыми структурами террористического государства. В-третьих, Россия введет мораторий на поставку любой продукции, которая имеет либо может иметь военное назначение. В-четвертых, законодатель предлагает ввести запрет на кредитование со стороны РФ и юридических лиц РФ террористического государства либо резидентов террористического государства.

Непосредственные «адресаты» готовящегося законопроекта, как считает руководитель Центра экономических и политических реформ Николай Миронов, — это те страны, которые финансируют оппозицию, действующую против наших союзников на Ближнем Востоке, то есть нынешнего сирийского руководства.

«Понятно, что этот документ — часть информационной кампании против вышеперечисленных государств, в том числе Саудовской Аравии. С другой стороны, этот закон может иметь более широкое действие, поскольку в нем говорится о финансировании неправительственных боевых организаций, которые могут воздействовать на легитимную власть. Это придает ему «антимайданную» направленность, в этом смысле он может быть нацелен против тех государств, через которые осуществляется финансирование, на чьих территориях ведется подготовка боевых групп, которые направляются потом в другие страны для организации «цветных революций», — отметил Миронов. — Закон необходим прежде всего как часть информационного противостояния с соответствующими государствами, как способ психологического воздействия на них. Именно так делают американцы, у которых есть аналогичный закон. Что касается собственно санкций, то они тут вторичны. Против Запада у нас они и так введены, а на Ближнем Востоке наши санкции не так уж страшны».

Совершенно очевидные вопросы в случае принятия законопроекта о «террористических государствах» могут возникнуть и в отношении Соединенных Штатов. Официальный Вашингтон, сетуя на провал своей недальновидной ближневосточной политики, рассказал, что потратил на подготовку оппозиционных военных формирований Сирии около 500 млн долларов. Не смутило власти США и то, что деятельность этих формирований приводила и приводит не только к гибели военнослужащих регулярной сирийской армии, но и мирных граждан.

14 октября официальный представитель МИД России Мария Захарова сделала еще более интересное заявление об американском участии в сирийской войне. Ранее у группы экспертов и журналистов возникло множество вопросов, как террористические формирования «Исламского государства» смогли получить в свое распоряжение крупную партию новых японских пикапов Toyota, которые особенно приглянулись боевикам за удобство установки на них пулеметов. По данным представителя российского МИД, поставили исламистам пикапы США и Великобритания.

Еще до официального заявления Марии Захаровой политический консультант Анатолий Вассерман в эфире одной из радиостанций отмечал, говоря о США, что «Соединенные государства — это террористическое государство в самом прямом смысле слова».

Ряд экспертов считают, что принятие законопроекта о «террористических государствах» может принести как положительный, так и негативный эффект для самой России, и это заставит власти долго думать о целесообразности его одобрения.

«Я думаю, что Кремль скорее заинтересован в том, чтобы иметь свободу маневра и на законодательном уровне не расставлять вокруг себя такие красные флажки, за которые сам же не сможет потом заступать. По большому счету, наши отношения с Турцией и Саудовской Аравией весьма неплохие, и во многих других вопросах мы не имеем споров с этими странами. Конечно, данный законопроект может представлять собой в фигуральном смысле некое послание на языке жестов, реакцию, сигнал недовольства в ответ на заявления Эрдогана и политических деятелей других стран, — сказал президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. — Но не думаю, что данный законопроект продвинется так далеко, чтобы быть принятым, поскольку это может ограничить нас же в действиях и решениях, которые вполне могут быть весьма переменчивыми».